ГЛАВА VIII. Одноглазый капитан
Книги / Великое плавание / ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. ГЕНУЯ / ГЛАВА VIII. Одноглазый капитан
Страница 1

Самые разнообразные доводы пришлось мне пустить в ход, чтобы убедить синьора Томазо отправить меня в Палос.

– Хозяин, – говорил я, – разве сами вы не страдаете всю жизнь из‑за того, что родители предназначили вас не к той судьбе, которая вас привлекала? Кто знает, если бы живы были мои родители, я бы, может быть, умолил их отпустить меня в плавание! Разве не вы сами говорили мне, что море – это наиболее удачный путь для того, кто хочет отличиться?.

Помню, еще в деревне как‑то на дороге я наблюдал за щенком, который пытался поймать ежа. Он обходил его со всех сторон, обнюхивал и трогал лапой. Но, когда он наконец решался его схватить, тотчас же отскакивал с громким визгом. Так и я обходил доброго синьора Томазо со всех сторон, и если не отскакивал от него с визгом, то отходил в отчаянии и слезах, потому что на каждый мой довод у синьора Томазо находилось серьезное возражение.

– Я не думаю противиться твоему призванию, Франческо, – отвечал мне хозяин. – Я рад, что ты, как и я, любишь море. И это действительно самый удачный и самый благородный путь, чтобы отличиться. Но я убежден, что и родители твои настояли бы на том, чтобы ты подождал еще два‑три года.

Наш маленький домик разделился на два лагеря: большинство моряков стояли за меня, а приказчик, Альбертино и еще кое‑кто – за синьора Томазо.

Четыре дня ушли у нас на споры и препирательства, и в конце концов, согласившись на мой отъезд, добрый хозяин мой заболел от огорчения.

Мне хочется охранить его от беспокойства, но его ежеминутно тревожат, так как он сам распорядился, чтобы портной и башмачник принесли свою работу к нам на дом.

Теперь у меня уже есть туфли не хуже тех, что были проданы мастером Тульпи, и куртка, и длинные шелковые чулки.

Я примеряю мой новый плащ, а хозяин, не вытерпев, поднимается с постели и оправляет его на мне. – Вот теперь ты одет как полагается, – говорит он с удовлетворением. – Меня никогда не беспокоило платье Орниччо, потому что на нем все приобретает праздничный вид, но сейчас, Франческо, и ты выглядишь, как молодой студент. Какая жалость все‑таки, что ты не хочешь подождать хотя бы еще полгода.

На одну минуту, видя грусть синьора Томазо, и я было задумался, не остаться ли мне с ним, но себялюбивое чувство взяло верх. «Заказано уже новое платье, и деньги за проезд уже уплачены», – говорил я сам себе, как будто все дело было в платье или в деньгах.

Корабль наш должен был отплыть в пятницу на рассвете, но в четверг лоцман Сакко Дидони, с которым хозяин условился о моем проезде, прислал за мной матроса.

– Капитан, которого ждали назавтра, прибыл в Геную, и мы отплываем сегодня ночью, – сказал матрос.

После обеда я отвел хозяина в спальню и уложил в постель. Я стал перед ним на колени, и синьор Томазо еле нашел в себе силы благословить меня.

Какое жестокое сердце нужно было иметь, чтобы покинуть его в такую минуту! И все‑таки я его покинул.

Спустившись вниз, я кликнул матушку Канитуччу, вдову слесаря. Из денег, данных мне хозяином на дорогу, я заплатил ей, чтобы она хорошенько присмотрела за больным.

В последний раз я обошел наш маленький домик.

«Тетка Канитучча будет заботиться о хозяине, но навряд ли она станет возиться с птицами», – подумал я и одну за другой открыл все клетки.

Скворцы и щеглы тотчас же выпорхнули за окно с оглушительным щебетом, но толстый дрозд, побродив по подоконнику, вернулся в клетку. Может быть, и мне вернуться в мою каморку?

Нет! Парус хлопал над нашим домом, море синей стеной стояло в окнах, откуда‑то издали, с палубы корабля, раздавалась команда капитана, и я взвалил свой сундучок на плечи.

Было совсем темно, когда я вышел на улицу.

На корабле мне отвели место на палубе между двумя бочками. Я подстелил плащ и лег.

Большие звезды смотрели мне прямо в глаза, а я старался представить себе, как я приезжаю в Палос, как меня встречает Орниччо, как мы с ним вдвоем падаем в ноги адмиралу, как тот меня поднимает и говорит! «Твоя любовь к морю достойна самой лучшей награды. Я не только беру тебя с собой на флагманский корабль, но и поручаю тебе составить карту путешествия».

Страницы: 1 2

Смотрите также

ВОЗВРАЩЕНИЕ БЕЗ ВОЖДЯ
...

ВСТУПЛЕНИЕ
Кортес – человек‑легенда. Конкистадор был личностью столь сложной и многогранной, что во все времена различные конкурирующие школы мысли и соперничающие идеологии не прекращали споров о ней ...

ИДЕЯ МАГЕЛЛАНА ОСУЩЕСТВЛЯЕТСЯ
...

Разделы