ГЛАВА XII,. в которой Франческо узнает о детских и юношеских годах адмирала Кристоваля Колона
Книги / Великое плавание / ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. ГЕНУЯ / ГЛАВА XII,. в которой Франческо узнает о детских и юношеских годах адмирала Кристоваля Колона
Страница 1

Синьор Марио мог бы нам рассказать много интересного о зверях, птицах и рыбах, но, так как он знал адмирала со школьных лет, нам захотелось узнать подробнее о детстве и юности нашего господина.

Синьор Марио не называл адмирала иначе, как Голубь или даже Голубок. – Коломбо очень распространенная фамилия в Лигурии, – сказал секретарь. – В квартале Шерстобитов в Генуе я знал шестерых Коломбо. С первых же лет жизни было понятно, что он не удовольствуется долей ремесленника. Этот босоногий мальчишка с Вико‑Дритто‑Понтичелли был всегда заносчив, как испанский гранд. И я не помню ни одного его намерения, которого бы он не привел в исполнение.

Вспоминая, что господин еще в Генуе говорил о своем древнем роде мореплавателей, мы поделились этим с синьором Марио, на что тот только махнул рукой.

– Это странный человек, – сказал он. – Я не думаю, чтобы Голубок был лгуном, но иногда он говорит как одержимый. Слова сыплются из него как горох. И нужно призвать десять ученых, чтобы отличить, где ложь и где правда. Адмирал – сын простого шерстобита, который не мог прокормить семью своим ремеслом и был вынужден содержать еще и игорный дом. Ах, Голубок, Голубок, – добавил добрый синьор Марио, вздыхая, – высоко ты залетел, где‑то ты сядешь!

Так как во всех словах секретаря сквозила горячая любовь к господину, мы охотно прощали ему насмешки над важностью адмирала, над его красноречием, которое синьор Марио называл краснобайством, и над его безграничным честолюбием.

О других сторонах характера адмирала я не берусь судить, что же касается красноречия мессира, то и я и Орниччо уже немного привыкли к его высокопарному слогу, который часто отвращал от адмирала сердца простых людей. Однако это же красноречие снискало ему расположение дворян, герцогов и даже самой королевы.

Мы не дали синьору Марио заснуть, и он терпеливо рассказывал нам о детских и юношеских годах своего друга.

– Правда ли, что господин наш учен, как Птолемей? – спрашивали мы.

И добрый синьор Марио, подумав немного, давал нам точный и исчерпывающий ответ:

– Голубок несомненно умный и ученый человек. Он жадно набрасывается на книги и охотно разговаривает с людьми, от которых может почерпнуть новые знания. Но сравнивать его с Птолемеем, конечно, нельзя. Стройные и логичные знания Птолемея совсем непохожи на ту кашу различных сведений, ученых записей и невежественных басен, коими набита голова Голубка. Шерстобиты в Генуе устроили несколько школ для своих детей, и Голубок получил там свою долю образования. Но его любовь к властвованию много мешала ему в этом, и часто я или кто‑нибудь иной из школьников выполняли за него классную работу. В школе он научился, правда, каллиграфически писать и искусно чертить карты, но знаний оттуда он вынес не так уж много. Гораздо большему он, конечно, научился на практике, плавая с купцами в качестве приказчика.

– Правда ли, что господин в первый раз пустился в море, будучи четырнадцати лет от роду, что тогда уже он был начальником корабля?

– Нет, я его встречал после школы студентом в Павии, где мы должны были продолжить свое образование и где он учился очень короткое время. Когда Голубок начал морскую службу, ему было что‑то около двадцати четырех или двадцати пяти лет. Был он тогда простым матросом, хотя по своим знаниям, может быть, и был достоин стать капитаном судна.

– Правда ли, что господин наш, подобно греческому философу Демосфену, набирал в рот камешки, чтобы научиться яснее и выразительнее говорить?

– Не знаю, уж на что яснее нужно было говорить! Этот четырнадцатилетний мальчишка и тогда уже мог переспорить почтенных ученых. Надо, правда, сознаться, что в спорах Голубок нередко ссылался на обстоятельства, которых не было, и на людей, которых он не знал. Но лица, спорившие с ним, замечали это только по окончании спора. В разгар же полемики он всех очаровывал своими изящными сравнениями и блестящими оборотами.

Страницы: 1 2

Смотрите также

Биография
Испанский конкистадор, завоеватель Мексики и основатель вице-королевства Новая Испания. Родился в Медельине (провинция Эстремадура, Испания) предположительно в 1485. В 1504, прервав учебу в Саламанкск ...

Открытие Австралии
29 апреля 1770 г. тяжелый и неповоротливый корабль "Индевор" бросил якорь в водах очаровательной бухты. Среди команды капитана Джеймса Кука, отправившейся на поиски неведомого южного материк ...

ПОВЕСТЬ СТЕФАНА ЦВЕЙГА О МАГЕЛЛАНЕ
К началу XVI века маленькая гористая Португалия – до этого бедный и ничем не замечательный уголок Европы – становится могущественной колониальной державой. Богатства ее монархов, пышность и блеск ...

Разделы