ГЛАВА I. Море Тьмы, не заслуживающее этого мрачного названия, и вечерние сказки
Книги / Великое плавание / ЧАСТЬ ВТОРАЯ. МОРЕ ТЬМЫ / ГЛАВА I. Море Тьмы, не заслуживающее этого мрачного названия, и вечерние сказки
Страница 2

Пока судно приводилось в порядок, «Санта‑Мария» дошла до Гомеры, где мы начали запасаться топливом, водой, а также прикупили немного скота – для провианта.

Жалко было смотреть, как перегоняли бедных животных по шатким доскам на корабль.

Сильные и красивые – андалузской породы – быки дрожали от ужаса, ступая на качающуюся палубу. Их водворили за перегородку, но даже спустя несколько часов они еще жалобно ревели и не принимали пищи. К вечеру животные понемногу успокоились. Из‑за загородки исходил такой знакомый мне с детства теплый запах хлева, что я невольно задержался возле нее. К моему удивлению, оказалось, что я здесь был не один. Несколько испанцев стояли у яслей, прислушиваясь к хрусту пережевываемой жвачки, а у старого матроса Вальехо на лице было написано такое выражение, точно он слушает райскую музыку.

– И ты здесь? – недовольно сказал один из матросов. – Что тебе здесь нужно, лигуриец?

– Оставь его в покое, – миролюбиво сказал Вальехо. – Мальчик, видно, как и ты, из деревни, и ему любо вспомнить свой родимый дом.

И, когда через час мы разговорились, казалось, что здесь уже нет ни лигурийцев, ни кастильцев, ни каталонцев, так мирно сидели мы рядышком под загородкой, слушая истории о телятах, которые любят все жевать, и о свинье, сожравшей своих детенышей.

Хоакин Каска, из Старой Кастилии, развернул платок и с умилением показал нам горсточку родной земли, которую он постоянно носит у себя на груди. Я не знаю, что может родить эта красная каменистая земля, в которой к тому же еще поблескивает соль, но он нежно касался ее пальцами, точно это был самый тучный чернозем.

Когда боцман просвистал к вечерней молитве, мы с сожалением разошлись по своим местам.

– Смотри‑ка, – сказал Хуан Роса, тот самый, что сурово обошелся со мной, – а я думал, что все лигурийцы так же высокомерны и заносчивы, как и господин наш, адмирал.

Орниччо еще раньше завоевал расположение испанцев своим веселым и услужливым характером, а теперь и я все свое свободное время проводил с ними. Чуждались и меня, и Орниччо, пожалуй, только Педро Сальседа и Педро де Торресос.

Палубных матросов из них так и не получилось, а в личных услугах их адмирал не нуждался.

По вечерам мы собирались в помещении для матросов и рассказывали друг другу разные истории из своей жизни. Синьор Марио де Кампанилла также подчас принимал участие в наших беседах, а иногда я замечал, что даже шаги адмирала замедляются, когда он проходит мимо нас.

Через несколько дней выпадала моя очередь забавлять экипаж рассказом, и я с беспокойством ожидал этой минуты, так как до сих пор моя жизнь была очень бедна происшествиями.

По поручению адмирала, синьор Марио решил записывать наиболее достоверные из историй, передаваемых моряками, но некоторые, заметив его намерение, смущенно умолкали, и тогда нужно было все умение Орниччо, чтобы принудить их продолжать свой рассказ.

Другие же, наоборот, гордились, что их приключениями интересуется ученый человек, и говорили медленно, давая секретарю возможность в точности записать их речь.

Таким образом и был записан рассказ о путешествиях одного из матросов, англичанина Артура Лэкка, или, как его здесь все называют, Таллерте Лайэса.

Смелый моряк еще восемь лет назад достиг, по его словам, берегов неизвестного материка, лежащего на запад от Ирландии. Надо думать, что сильным штормом судно англичанина было прибито к берегам Азии.

Синьор Марио, Орниччо и я с интересом выслушали рассказ англичанина, а господин наш, не довольствуясь записью секретаря, сам несколько раз расспрашивал матроса о подробностях его путешествия.

Страницы: 1 2 

Смотрите также

МЕРТВЫЕ НЕПРАВЫ
Толпами устремляется в Севилье народ на берег; все хотят, как пишет Овьедо, «поглазеть на это единственное, достославное судно, чье плавание является удивительнейшим и величайшим событием, когда ...

ЭПИЛОГ
Письмо из Генуи в Париж Досточтимому Фра Джованни Джокондо, строителю моста через Сену в славном городе Париже от генуэзского живописца Томазо Монтинелли Глубокоуважаемый и добрейший Фра Джованни Д ...

Карта плавания Фернана Магеллана
Карта плавания Фернана Магеллана в 1519-1522 гг. ...

Разделы